(no subject)

Мама упала и повредила ногу. У нее привычка в жару заливать пол холодной водой. На воде и подскользнулась. Хирург в больнице, после рассказа о том, как произошла травма:
-Вас что, заставляют дома мыть полы?
- Нет, я по доброй воле.
Занервничала. Вдруг и до нас дошел террор социальных работников? Лишат нас с сестрой прав по уходу за мамой, будет о ней родное гос-во печься - оно умеет.

***
Пока была возле мамы, читала Толстого. Повести и рассказы 1885-1902г.г. (Смерть Ивана Ильича, Холстомер, Крейцерова соната и т.д.) Я уже и забыла, какое это почти чувственное наслаждение - читать гения такого масштаба. Когда пристрастишься к фаст-фуду, забываешь, как прекрасны изыски. Вспоминаю свою бабушку, которая решительно отказывалась читать что-то новое, презрительно говоря, что у нее мало времени перечесть классику-то осталось, а уж на бабочек-однодневок и часа нет.

А я даже и не перечитываю его. Читаю вновь, с легкой руки Сони, как будто никогда не читала. Оказывается, Толстой в твои 20 лет, и Толстой в твои 40 - два совершенно разных писателя. Если первый зануден, склонен к греху морализаторства, неоправданно затянут, то второй - мудрый собеседник, тонкий психолог, где в каждой строчке ты узнаешь то себя, свои мысли, свои поступки, то других. Отчетливо так узнаешь, не ошибешься. Оторопь берет: откуда он это знал, как видел? Не поверите, даже описания природы в "Анне Карениной" и мысли Левина о устройстве крестьянского хозяйства с удовольствием прочла. А во время оно пропускала главами и природу, и войну, и философию, добираясь до сцен светской жизни.